Клуб мудрецов. 1-3 гл.

Едовин

Клуб мудрецов

Поэма

Архангельск 1990

 

,

из антимира

и переведённый на язык людей

 

Предисловие

, и вы являетесь его первыми читателями.

   Я не хотел писать даже предисловия, но, поразмыслив, решил, что без него понять трактат практически невозможно, настолько далеки его содержание, его идеи, мысли от наших представлений о самых простых, даже обыденных вещах и явлениях.

.

, а не посланцем доброй воли и гостем, спасло меня от тюрьмы, а то и от усекновения головы или электрического стула. Так уж у них принято: преступники гуляют на свободе, а порядочные люди сидят в тюрьмах; врагов принимают с почестями, а друзей преследуют.

.

, который решил спасти свой труд хотя бы для землян, сумел унести ноги в свой родной мир.

о реальности собственного существования. Поэтому не обессудьте, если я где-то нагрешил с переводом, и, читая поэму, проявляйте здравый смысл. Желаю успеха.

 

 

I

ВСТУПИТЕЛЬНАЯ, ТРАДИЦИОННАЯ

 

Сократ. Не шумите, афиняне, исполните

,

будетполезно

послушать меня. Я намерен сказать вам и ещё

кое-что, от чего вы, пожалуй, поднимете крик,

только вы никоим образом этого не делайте.

»

 

 

По воле вековых традиций

Начать я должен этот труд,

На первой трепетной странице

Вступленья запаливши трут.

Воззвать я должен к высшим силам,

дифирамбы громко спеть

И помолиться так суметь

, вечно милым,

Чтоб не оставили меня,

Шутя, смеясь, не обманули,

Улыбкой нежною маня,

С Пегаса в бездну не столкнули.

И я готов, но есть помеха,

И потому мне не до смеха.

 

 

рассуди, читатель,

К кому взывать в двадцатый век,

Когда махровый обыватель

И тот, мудрейший человек,

Живёт, богов не признавая,

Хотя всегда перед толпой,

Ортодоксальный и святой,

Твердит, толпы природу зная,

Что в нём живёт Иисус Христос,

Но верит он лишь в силу стали

И в наркотический гипноз.

В богов мы верить перестали

1

Родился гриб, высок и грозен.

 

 

Ракеты, танки, самолёты

Фетишем стали наших дней.

Мы строим нынче космолёты,

В чертоги бога шлём людей.

В домах у нас сияют ванны

Машин домашних целый ряд.

Теперь мы им поём осанны.

Что нынче божьи чудеса,

Плоды простосердечья,

Когда до автоколеса

Свели мечту мы человечью!

все боги,

-недотроги.

 

 

Но есть одна богиня всё же,

Хоть и не входит в список муз.

Она одна помочь мне может

Нести мой крест, мой тяжкий груз.

То Мудрость. Ей я посвящаю

Правдивый, честный мой рассказ,

всяческих прикрас.

И только к ней одной взываю.

Изведав в этом мире всё,

Я ничему не удивляюсь,

За исключеньем дел её,

Перед которыми склоняюсь.

Живи, цари, моя богиня,

в платье и в бикини.

 

 

,

Тебе я эту песнь пою,

Для всех, тобою осенённых

твою;

Для тех, кто только начинает

Твоё величье понимать,

Кому ты ласковая мать,

И кто об этом лишь мечтает,

Для тех, кто входит в славный Клуб,

Клуб Мудрецов, моих собратьев;

Кто не умён, но и не глуп,

в Мудрости одевшись платье,

Уж никогда его не скинет,

Пусть сто обличий в жизни примет.

 

Наш клуб всемирного значенья,

Родился он в глуби веков,

Не знал он с самого рожденья

и иных оков.

Без заявлений, ритуалов

волен был в него вступить

И равноправным членом быть

, шаров и счёта баллов.

Но чтоб попасть в него, порой

Иные с дьяволом встречались

И на дороге столбовой,

Случалось, с честью расставались.

Не так уж страшно, не с мошною,

Но всё не с лёгкою душою.

 

 

Чтоб вас спасти от этой скуки

И сделать глаже торный путь,

Решился взять перо я в руки

И изложить законов суть,

твёрдо

Вас к членству в Клубе приведёт

Без треволнений и забот;

Чтоб вы сознательно и гордо

Могли шагнуть через порог;

Чтоб презирали предрассудки,

Чтоб был не страшен нам порок;

Чтоб правил вами лишь рассудок

И, бог помилуй, не блуждали,

Не вязли в дебрях вы морали.

 

 

и страх терзает;

По силам ли мне долгий труд.

Да и читатель, кто ведь знает,

Не будет ли в сужденьях крут:

Он любит пряные приправы,

К сюжетам острым так привык,

Что даже матадор и бык

Ему теперь уж не по нраву.

Писатель должен взволновать

Его притупленные нервы,

И исподволь начать трепать

Их со страницы самой первой.

В сюжете должен он, хоть тресни,

Слить сатану и бога вместе.

 

 

Но разный есть, друзья, читатель.

для вас пишу

Я труд научный, как старатель

Крупицы мудрости ищу,

Чтобы ещё вы умудрились,

читая, и сильней,

,

От строчки к строчке становились.

Сюжет здесь вовсе ни к чему:

Нам соль нужна, а не красоты

Острейших фабул. Потому

Мне нет охоты брать высоты

Агаты Кристи, Сименона

Или фантаста-пустозвона.

 

 

И, право слово, нет охоты

Мне мучить рифмами себя.

И если вы не доброхоты,

То, рифму пламенно любя,

Всё же попробуйте спокойно

Мне снисходительно простить,

Коль доведётся мне пустить,

в напеве стройном.

Я начинающий поэт,

Я миру вовсе неизвестен,

И не пытался с юных лет

лестен

И для меня высокий титул,

.

 

 

одинокий,

Без друга и проводника,

Не как тосканец черноокий:

Вела могучая рука

Его кругами адской бездны.

, причал,

выручал

Вергилий верный и любезный,

То кто же выручит меня,

Когда я в Мудрости глубины

Спущусь и, жизнь свою храня,

Увидев страшные картины,

Вдруг хлопнусь в обморок, как Данте?

?

 

 

Я не нашёл среди поэтов

Достойных Мудрости певцов,

Чтоб показали путь заветный,

для Мудрецов.

,

Что на Парнас упорно прут

И Мудрость вдохновенно чтут,

не ведая и сплина.

они,

Свои настолько ценят шкуры,

Что в наши пасмурные дни

Способны лишь на шуры-муры.

Нет, тяжкий путь они не сдюжат.

е Мудрость пусть сама послужит.

 

 

 

 

II

ФИЛОСОФИЯ И МУДРОСТЬ

 

   

   

   

   

   

   

   

   

1

 

 

Итак, закончено вступленье,

Традиции я отдал дань,

Спешу продлить своё творенье,

Переступив за эту грань.

,

,

Владеть я должен языком,

иной большой вельможа

Очки втирает простакам.

Начну писать я осторожно

С предмета нудного, но вам

Весьма известного, возможно.

Над ним студент годами бьётся,

Он философией зовётся.

 

 

Ах, философия! Наверно,

Модней словечка нет сейчас.

Её мы ценим, как, примерно,

Ценил когда-то ловелас

Цветок в петлице – бутоньерку,

Как ценит джинсы мой сынок.

Ведь мода (словно тёмный рок)

На всё и вся диктует мерку.

У нас философов полно,

Хоть философии не стало,

Но знаю твёрдо я одно,

И это право же немало:

словечком

Полезно даже и овечке.

 

 

Философ нынче явно в моде,

Гадать лишь можно почему?

Резвится парень на свободе,

Простор открыт его уму.

И философии раздолье!

Тут каждый грамотный Мудрец,

купец,

Пускает свой талант на волю,

Торгует оптом и в разнос:

Когда товара нет иного,

Всегда растёт на речи спрос

, которых много

При неурядицах земных.

Они согласны и на живых.

 

 

Я с наслажденьем наблюдаю

За тем, как славный наш собрат

В такие выси залетает,

Где не бывает даже сват,

Решая сватовства вопросы.

прекрасный труд!

О философский славный зуд!

эти слов больших поносы!

этот творческий размах,

наш философ в споре

Находит блок в чужих умах!

Смотреть на спорщика – умора.

Но стоит нам на всём серьёзе

Поговорить о сем курьёзе.

 

 

Надеюсь, вы уж уяснили,

Что философия для нас

Лишь инструмент, который силы

Нам прибавляет в должный час.

Но для философа – наука!

Диапазон её широк,

И в ней философы без скуки

Умеют спечь любой пирог.

Я перепробовал немало

Тех философских пирогов:

Покрытых пылью всех веков

, прямо с пылу с жару.

Искусству мастеров дивился,

.

 

 

Ведь каждый из мужей примерных

Своё хоть что-то привносил

На общий стол и вдохновенно

Мир объяснял по мере сил.

Творил такие выкрутасы,

Такой устраивал содом,

Что в пору в сумасшедший дом.

От философии те асы,

выдумав жаргон,

Себя подчас не понимали,

и трезвон

Единодушно обожали.

Трудненько в их словарной буре

.

 

 

Я лишь тогда решил задачу

И разобрался что к чему,

Когда на них взглянул иначе,

По факту оценив тому,

Как гениальнейшие мысли

Философ переносит в быт.

Ведь как от взоров он не скрыт,

Витая в недоступных высях,

Молва до нас доводит слух,

Что часто жирная индейка

Его поддерживает дух

Помимо славненькой индейки.

Как бы ни мыслил он астрально,

Но ест вполне материально.

 

 

,

Который ясно изложил

концепций

И на примерах пояснил,

Какою мерой мерить счастье,

Как труд и отдых сочетать,

Как облегчить земную кладь,

Как горя избежать, несчастий

И даже как дитя зачать:

На что должна смотреть супруга,

Как поступать, о чём мечтать

суточного круга,

Чтоб краше бога Аполлона

из лона.

 

 

Из всех философов, пожалуй,

Быка взял первым за рога

, хитрющий малый,

Которому вопрос «Куда?»

Был ясен с самого начала:

. Вот так!

Вопрос иной он задал: «Как?»

Мудрец, он не жевал мочало,

Лелеял свой цветущий «сад»

И проповедовал нам веру

В эпикурейство, а не в ад:

Любовь, вино, друзья – всё в меру.

Он к атараксии стремился

И преуспел, её добился.

 

 

Пускай порядком устарели

Его советы в наши дни,

Но Мудрецы всегда умели

У предков взять, что им сродни.

Великий принцип Эпикура –

Не воспарять за облака,

А за рога хватать быка –

.

Пространство, время и движенье –

В трёх измереньях мы живём,

Не предаваясь размышленью:

«Кто мы, куда, зачем идём?»

Искать нелепо жизни суть,

Одно в ней важно – не зевнуть.

 

 

 

 

III

ВЕЛИКИЕ ЦЕЛИ МУДРЕЦА

 

Сильный ум, преследующий

практические цели, — лучший ум

на земле.

В. Гете

 

Глупцы живут, не наслаждаясь

жизнью.

1

 

Главой одной хотел закончить

Я философский разговор,

Увы, не смог, подобно гончей,

с поля в тёмный бор,

, след теряя,

И главный упустил вопрос.

Пегас мой кушает овёс

И ухмыляется: «Бывает!»

Спасибо верный мой конёк,

Хоть утешенье слабовато.

труден и далёк,

Ухабы вовсе не из ваты,

И даже капелька участья

Для нас подчас важнее счастья.

 

 

Я в жизни истинный прагматик,

Но, между нами говоря,

Не ортодокс и не догматик,

И, Мудрость пламенно любя,

Любую глупость я приемлю

И проповедовать готов

Азы всех школ и всех Основ,

взрывая землю.

Однако же не просто так –

Чтоб это было мне полезно.

Абстракций я первейший враг,

Но их оцениваю трезво –

Очки втирать я сам умею

И перед гением не млею.

 

 

Проживши жизнь, я твёрдо знаю,

Что в философии любой

Мудрец берёт лишь то, что с краю,

Не увлекаясь глубиной.

Он, как петух в навозной куче,

В ней ищет не алмаз – одно

Рациональное зерно.

Себя по пустякам не мучит.

Среди философов земных

Нам век прошедший Маркса дал.

,

По Мудрецам прямой удар,

Но мы и здесь нашли зацепку

И держимся пока что крепко.

 

 

В борьбе, считаем мы, все средства

.

Кто понял это ещё в детстве,

Тот все преграды сокрушит.

Во всяком случае, чем раньше

сей завет

Проникнет в мозг, как яркий свет,

Тем Мудрецы шагают дальше.

Кто этой мыслью осенён,

Стоит над миром, словно бог,

.

Пора придёт, он в должный срок

Свершит великие деянья,

Душевных не познав страданий.

 

 

Я сразу слышу возраженья,

Мол, Достоевский, душ знаток,

,

Когда его герой не смог

Свою природу человечью,

Свершив убийство, преступить,

и ныть.

Он не был Мудрецом, конечно,

Отвечу оппонентам я,

И не имел достойной цели.

Вся наша жизнь проходит зря,

Когда мы слепо, словно звери,

Бесцельно дни свои влачим,

Не зная, что же мы хотим.

 

 

в самом деле

достоин этот сан,

цели,

, чтобы и Монблан

Казался с их высот лишь горкой.

И цель первейшая есть власть.

Как в картах пиковая масть

В игре даёт владельцу фору,

Так власть у Мудреца в руках

Даёт ему такую силу,

Что может он устроить крах

И даже выкопать могилу

Любому, кто пониже чином,

И не придумывать причины.

 

 

Ах, власть! Она сладка, приятна

Уж только потому, что власть.

Как звон монет в кармане внятный,

Как неистраченная страсть,

Как ветерок в жару на пляже,

Как стопка водки в зимний день,

Как в отпуске старушка лень,

Когда в гамак с газетой ляжешь

Да и уснёшь под шум берёз, –

приносит

Нам упоенье не от грёз –

От чувства сытости, как осень

Для сельских жаждущих дворов –

Плоды их праведных трудов.

 

 

учрежденьи

Обыкновеннейший вахтёр.

Он без малейшего сомненья

Уверен в том, что вы лишь сор

Пред ним, властителем у входа.

(Конечно, если вы не шеф

И не сулите вы гешефт.)

Иль продавщица-недотрога,

Что в магазине нашем есть:

Не дай вам бог хоть ненароком

Её величество задеть,

На вас обрушится потоком

Её речей приятных «сласть».

Вот что такое значит власть.

 

Чем больше власти, тем доступней

Нам все житейские блага,

И тем скорей беда отступит,

Тем легче победить врага.

Прагматик я, а это значит,

И убеждённый гедонист.

Притом совсем не альтруист.

, тем паче.

Давно я дал себе обет

Ценить простые наслажденья:

Роскошный, например, обед,

С массажем баньку в воскресенье

И без последствий и хлопот

Всё то, что дарит нам Эрот.

 


Leave a Comment